Египет (апрель 2014). Часть 2 – Гора
(Гора Синай, Гора Моисея)

Первым шагом к Горе была беседа с гидом-экскурсоводом, «заведующим всем» (цитата – гр. «АукцЫон»), в ходе которой, к моему ужасу выяснилось, что экскурсии на Гору в нашем отеле не организуются. Я начала впадать в отчаяние и заламывать руки в беззвучной муке. Это, очевидно, проняло гида, и он нашептал мне на ушко, что готов пойти навстречу и, рискуя головой, оказать любезность. В итоге эта любезность, за которую пришлось слегка приплатить, была мне оказана!

К Горе я начала готовиться еще дома. И собрала себе рюкзак туриста – с теплой одеждой, термосом


Начитавшись отзывов смельчаков, знала, что иду не на увеселительную прогулку. И, готовая теоретически, ожидала хоть и крутоватый подъем в гору, но всячески облагороженный – укатанную асфальтом дорожку, освещение по бокам, ну и всяческие блага цивилизации. Первое сомнение закралось, когда гид выдал нам всем – «участникам регаты» – по фонарику. Второе – когда наш весьма упитанный экскурсовод передал нас из рук в руки тонкому как тростинка, шустрому живчику-бедуину. И мы пошли с ним в темноту…

Асфальтированной дорожки не наблюдалось, но было вполне прилично и широко. Фонарики покамест воспринимались скорее как забавный атрибут – идти можно было и без них. И идти было легко и весело, несмотря даже на то, что наш бедуинистый новый друг на неплохом русском сообщил технические подробности подъема – 7 км в гору, ходьбы часа на два, на три, но надо поспешать, дабы не пропустить рассвет. Ну а перед самой вершиной, дополнил он, нас ждет бонус – 3750 ступенек, которые в горе выложили из камней монахи.

Поначалу я присматривалась к соотечественникам-одногруппникам. Было интересно, по каким соображениям люди решились на столь неоднозначную экскурсию. Запомнилась семейная пара среднего возраста, интеллигентного вида, настроенные очень решительно. Были молодые ребята – безбашенная молодежь из Екатеринбурга. Подумалось, что они попали на эту экскурсию вообще по ошибке. Не выглядели они осознанно-сознательными, уж простите , и вряд ли хотели получить отпущение грехов. Был мальчик лет 7-10, который, как и взрослые, шел на Гору, держась за мамину руку. А еще были и не соотечественники – местные. Молодая девушка и мужчина чуть старше ее. Они недавно поженились и решили свое свадебное «путешествие» отметить этим восхождением.

И другие какие-то люди, из разных городов и сами такие разные, но все они ШЛИ! И я шла вместе с ними Хотя, положа руку на сердце, не могла ответить на вопрос – зачем иду. За отпущением ли грехов? За возможностью побывать в святом месте? Для того, чтобы доказать самой себе, что смогу пройти этот путь? Для экстрима и острых ощущений? Просто знала, что хочу идти.

На пути я испытала несколько психо-физических состояний.

Самым первым было – «Я иду, потому что идти хочу и могу». Этап размышлений о «бренности бытия», знакомства с окружающим ландшафтом. Море эмоций, все на подъеме, большое воодушевление.

Очень скоро тропа из широкой, в меру комфортной дороги, превратилась в узкую, усыпанную сплошь шаткими камнями. (Поняла, что фонарик выдан был не зря – иначе просто непонятно, куда ставить ногу, и восхождение могло бы закончиться плачевно).

А через часок я испытала в полной мере все «тяготы и лишения» и стало совсем не до размышлений. Пожалела, что не имею хоть какой-то, пусть начальной физической подготовки. Дыхалка ни к черту, пот льет градом, из носа течет. А еще наш экскурсовод-проводник набрал такой резвый темп. Но все вокруг такие бодрые!

Это был этап второй – «Идти уже не хочу, но еще могу и иду, потому что все идут, а я ведь не хуже других». Да и отстать от группы страшновато. Со своими как-то спокойнее. Не то, чтобы там была хоть какая-то возможность заблудиться, потеряться – на тропе куча народу. Все «разбиты» по группам, все идут. А мы нагоняем какие-то группы, обгоняем их. А еще было забавно – каждой группе присваивали название, и чтобы не растерять по пути соратников, экскурсоводы периодически кричали, созывая своих, призывая их подтянуться, собраться «Группа Сусанин, все сюда, скорее-скорее, надо успеть до рассвета, не расслабляемся, товарищи». У нашей группы не было столь звучного наименования, но кричали и нам, и это вселяло надежду Мы, воодушевленные, даже обогнали малочисленную группку японских теть среднего возраста (им, видимо, для подбадривания не кричали ничего) и группку совсем стареньких греческих бабуль, которых я признала по родному слову «Калимера» («Доброе утро» по-гречески), которым они обменивались при встрече с другим народом.

Наш бедуин-магиканин подбодрил также своим сообщением, что это его тысячное восхождение. Но он так скакал по горам! Ни в его дыхании, ни в движениях ничто не напоминало о хотя бы малейшей усталости. И я б не удивилась, узнав, что на гору он поднимался уже пять тысяч, или миллион раз. Всем своим бодрым видом он говорил, что дойти реально, возможно! Обещал, что скоро «у вас откроется второе дыхание».

Но я уже в этом во всем начинала сомневаться.

Переступать ногами не было больше никакой возможности. Казалось, что свой последний шаг ты уже сделал. И…. О, чудо! Откуда-то взялись силы еще на один шажок, потом еще на один. И вся усталость и тяжесть отошла на задний план. Тебе по-прежнему невыносимо тяжело, но ты все еще можешь идти! Видимо, это и было второе дыхание!

А потом наступает этап 3 – «Идти могу, но только до следующего привала, и все». (Но потом почему-то идешь дальше. Наверное потому, что скоро будет еще один привал). Остановки ждешь как манны небесной. После привала идти легко, но только первые минут пять. А потом все начинается сначала – жизнь от привала, до привала.

Но ты все равно способен улыбаться шуточкам проводников-бедуинов, отзываться на их призывы, чувствовать вокруг себя громаду гор, радоваться кратковременным передышкам, втайне завидовать тем, кто едет на верблюдах (пусть и за деньги, но едет), проклинать нашего шустрого проводника за темп, который он заставлял нас держать, сопереживать отставшим. А таких, на поверку, оказалось немало. Многие вообще отказались продолжить путь. Так, от нашей «семейной пары среднего возраста, интеллигентного вида» осталась только половинка – жена, настроенная по-прежнему решительно, пошла дальше, а ее муж не смог, подвело здоровье. Свердловские ребята, уже без шуточек-прибауточек, но продвигались дальше. Местные молодожены – тоже. У них еще хватало сил помогать друг другу, держать друг друга за руки.

А потом мы добрались, растеряв часть товарищей, до последней перед лестницей точки отдыха. Разговорились с женщиной, «оставшейся без мужа». Ее спокойствию и стойкости духа можно было только позавидовать!

И вот заключительный рывок перед вершиной – лестница. Перед ней наш проводник предупредил, что за деньги вам могут оказать помощь – предложат руку (но не сердце ), типа, будут держать за руку и тащить, в буквальном смысле. Я поначалу удивилась – ну что за бред!

«Готовы? – радостно спросил меня и «одинокую» женщину проводник, обворожительно улыбаясь. – Держитесь за мной». И мы взошли на лестницу втроем. (Как-то так получилось, что остальные члены группы были уже неизвестно где и на бодрые призывы больше не откликались ).

На этих 3750 ступенях меня с головой накрыл последний этап – «Идти я больше не могу, ну вот ни шага больше не могу». Это состояние, видимо, было приближено к клинической смерти. Уже непонятно, да и неважно, кто ты, где ты, зачем все это. Перед глазами только ступенька и задача – путем невероятного усилия поставить на нее ногу. Потом еще одна ступень и еще одна, и еще, и еще, и еще. И ноги, которые абсолютно тебя не слушаются, потому что это давно уже не твои, а чьи-то чужие ноги, с твоим мозгом они совершенно не связаны, эта связь практически потеряна. Дыхание вырывается из груди со свистом, ревом, скрежетом (наверное, никогда еще в жизни я не издавала столь громких неприличных звуков).

И вот чувствую, что начинаю отставать от своих. Ясно так понимаю, что мне пройти до конца не по силам. И от этой мысли, от такого бессилья из глаз начинают катиться слезы. И я думаю: «Боже, прости меня, я так слаба. Я, наверное, не дойду. Прости меня, Господи!» И тут (склонна считать это еще одним чудом) та женщина, муж которой отстал, подает мне руку со словами: «Держи меня за руку! Надо идти! Ты сможешь! Ты молодец!». Эта посторонняя мне женщина, даже имени которой не знаю, которой было не все равно (как же я ей благодарна!), эти ее слова, эта рука в помощь… – как отклик с небес на мой истошный вопль. Так почти всю эту лестницу мы прошли втроем, держась за руки – наш проводник, эта женщина и я. (Надо сказать, что помощь в виде руки трудно переоценить и поэтому находились-таки люди, готовые за эту помощь платить. Благо, наш проводник, по доброте душевной, тащил нас двоих абсолютно безвозмездно ).

А когда мы достигли вершины, оставалось еще немного времени до рассвета. Наш верный товарищ покинул нас (он-то видел рассвет уже тысячу раз ), указав рукой сторону, откуда надо ждать солнце. Вдвоем мы примостились на камушек, выпили горячий чай из моего термоса (он был очень в тему!), стали ждать рассвет.

Подтягивались отстающие, занимали места в первом зрительном ряду,


кутались в платки, шарфы, взятые в аренду у бедуинов пледы. Надо сказать, что у этих местных молодчиков, соорудивших на местах привалов этакие подобия кафе, бизнес идет бойко. Они умело пиарят горячий чай и пледы. Конечно на вершине дует ветерок и прохладно, но скорее от того, что ты начинаешь остывать и вся твоя потная одежда резко становится холодной, но от пледа можно отказаться, а вот одежку на смену иметь вовсе не помешает. Мне не помешали захваченная из дома теплая жилетка, перчатки и даже наушники.

Все ждали и смотрели в одну сторону. Я тоже стояла в этой толпе. Рядом гречанка пела молитвы – попеременно то на русском, то на греческом языках. Было уютно их слушать. Вообще, посетило такое спокойствие и умиротворение, которые даже сложно описать. Кажется, ты любишь весь мир, всех людей на свете. Состояние благости.

Поначалу начинает светлеть на горизонте, но светит пока только луна


А потом солнце озаряет верхушки гор на противоположной стороне, но самого солнца еще не видно



И на самом деле ты ожидаешь чего-то неземного, волшебного, но вдруг просто встает солнце, быстро, мгновенно. Тут его еще не было, а вот оно уже появилось.


И залило светом все вокруг


Все стремились его запечатлеть (а мне запечатлевать было особо не на что – не рискнула тащить с собой что-то, кроме телефона).


Признаться, я слегка поначалу расстроилась – ведь никакого неземного чуда и явления с небес не произошло. Но потом поняла, что на моем пути на эту вершину уже случилось по крайней мере целых два чуда – открывшееся второе дыхание и рука в помощь. (Вот ведь люди! Все им мало! Им сразу десять чуд подавай!). И разве не чудо то, что я вообще оказалось в этом месте, в таком безумном умиротворении и ощущая невероятную «вселенскую большую любовь»? (цитата – гр. «Гражданская оборона»). О, да! И это умиротворение и любовь были у всех присутствующих.



Разве ж это не чудо?

И еще было много-много чудес

Ларьки на вершине горы – это просто чудо из чудес! Предприимчивые обитатели пустыни забираются сюда, на гору, чтобы продать чашку горячего чая, бутылку воды или пачку чипсов. Это надо же!

Вот так выглядят точки продаж благ цивилизации


Верблюды-труженики, готовые проделать вместо тебя опасный путь по краю пропасти


А еще чудом было то, что люди, которые не успели прийти на вершину к рассвету солнца, все равно упорно шли туда. Шли наверх даже тогда, когда все остальные счастливчики уже спускались обратно!


Пока я любовалась горами, да чудесами,


Народ уже стекал живым ручейком вниз по горе


А я напрочь забыла, что обратный путь предстоял и мне.
Горы в свете дня были прекрасны


Но обратный спуск по ним – столь же тяжел, если не тяжелее, чем подъем! Уже не было безумной, изнуряющей гонки за рассветом и можно было держать спокойный темп. Народ успевал даже фотографировать, ибо никто больше не дышал в спину сзади.


Но ноги несли вниз сами – гора подгоняла и сдерживать их бег было тяжело.

Вот те ступени, подъем по которым вызвал у меня незабываемые чувства


Монахи-строители пытались, конечно, выкладывать камни плоской стороной кверху, за что честь им и хвала, но это не всегда удавалось. И в темноте по такой лестнице идти не очень комфортно .

Зато какими стали горы, когда окончательно рассвело! И какое было небо!



На рассматривание красот было часа два спуска, но приходилось следить за ногами – оступиться можно моментально и с последствиями.

У самого подножья монастыря, от которого начался наш путь этой ночью, дорога вновь стала широкой, практически идеальной


Говорят, кто на спуске ни разу не оступился, тому прощены все грехи. Я подвернула ногу трижды. И, видимо, таких было много – люди жаловались, что не чувствовали себя абсолютно безгрешными Возможно, не все заслужили от Всевышнего прощение. Зато уж точно все как один, уверена, испытали то чувство благости, о котором писала выше. И оно того стоило!

В Монастыре Святой Екатерины у подножия горы



нам показали Неопалимую Купину – «горящий, но не сгорающий терновый куст, в котором Бог явился Моисею»


В главной церкви Монастыря хранятся мощи Святой Екатерины, к которым верующим разрешен доступ. Есть что посмотреть и на территории. Но, признаться, мы все были такие вымотанные, что слушали вернувшегося к нам экскурсовода вполуха .

Всю обратную дорогу в автобусе спала как убитая.

Итоги моего экстремального приключения таковы:

я дико благодарна той женщине, которая помогла мне и без которой мой подъем вряд ли бы состоялся. (Кстати, внизу, в монастыре, она встретилась со своим мужем ). Благодарна свердловским ребятам, с которыми довелось перекинуться парой слов – они оказались милыми, веселыми и талантливыми людьми. Благодарна Горе за то, что она подарила диковинное и несвойственное мне ощущение любви ко всем людям. Жаль, что через недельку это ощущение гармонии со всем Миром прошло , но оно хотя бы было!

Хочу сказать отдельное огромное спасибо Марине, которая безропотно согласилась посидеть с Валей, пока я была на Горе, и вместо одного своего ребенка нянчилась (из-за моей прихоти) аж с двумя. Марина, спасибо тебе!

Уже много позже один знакомый сказал, что гора это не та и евреями за святыню не признается. Дескать, вовсе не там Моисей получил скрижали. Поначалу я расстроилась – столько сил, а гора не та! А потом подумала – а какая, в сущности, разница? На «моей» горе столько уже намолено. Столько преисполненных надеждой и верой взглядов было устремлено к Небесам с этой горы, что ну никак не может она быть «не тем местом»! Даже если она изначально и не была «той самой», то однозначно ею стала! Это совершенно определенно Святая Гора!

В общем, поездка в Египет удалась. Я любила весь мир, готова была прощать обидчиков и подставлять левую щеку, рыдать над всеми болезными и немощными. Эх, жаль, что это быстро прошло Видно, надо снова подниматься на Гору!

А у нас в запасе оставалась еще неделя отпуска и безделья. Ну мы и использовали ее с толком.

Ползали по скалам


Кидали в воду огромные камни


Ездили в парк развлечений



Видели там прекрасное шоу поющих фонтанов (простите, Ереван и Барселона, вашим поющим фонтанам далеко до египетских)


Фотографировались с разными монстрами





Но под конец, несмотря на веселье, мы с Валей все равно сильно-сильно захотели домой к папе .

Две недели у нас было так:


А стало так:


И этой несущественной разнице мы безумно радовались!